?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Изыски 4

«Худой журналист с ирокезом любил идеал, который существовал в действительности. Идеал тоже его любил. Но журналист очень боялся своих чувств, поэтому старательно избегал идеала. А идеал был смел и всегда находил мгновение, чтобы посмотреть в глаза журналисту. Журналист стеснялся и опускал влюбленный взгляд. Чтобы ни у кого не возникло подозрений, что он кого-то любит, журналист жил с нелюбимой девушкой. Он очень страдал, но не мог совладать со своим страхом. Свой страх он терял лишь в состоянии дикого наслаждения первобытного человека. Поэтому он ел много циклодола, получал от этого дикое наслаждение первобытного человека, и переставал бояться. А идеал дышал рядом…»
Алферичу журналист понравился. Он очень хорошо понимал его боязнь и нерешительность. Но все равно было обидно: любят же они друг друга, так почему бы не быть вместе. И за девчонку-идеал тоже обидно. Видать, неплохая девушка, коли такому парню приглянулась. С этими мыслями Алферич дотянулся до кассетного магнитофона, стоящего на подоконнике, нажал на «Play», из динамиков вырвались глухие звуки африканских тамтамов.
«Толик с желтой карточкой разводил на своем лобке мондавошек. Его регулярно брили, мазали керосином. Где же он их находил - для всех оставалось загадкой. Об этом не знал даже сам Толик. Серо-голубая тоска охватывала Толика всякий раз, когда волосы на лобке отрастали. Он снова ощущал знакомый зуд, но молчал. Молчал до тех пор, пока кто-то вновь не находил у него очередное насекомое. Тогда на уши поднимался весь дом. Толика насильно загоняли в ванную комнату, насильно брили, и насильно мазали керосином. Толик, сломленный и униженный, выходил из ванной и рисовал на обоях вигвамы или писал письма в американское посольство…»
После этого абзаца Алферич долго смеялся. Он решил, что Толик – это диагноз.
«За стенами жили живые люди. Огромная вселенная каждого из них повергала к поискам счастья и погоней за судьбой. Психоделический рай был далек от них, и мало кто имел о нем представление, также как и не имел представление о чем-либо другом. Живые люди знали лишь имена, с помощью которых они отличали друг друга в толпе.
Ветер, влетающий в раскрытые форточки, из которых доносился опьяняющий аромат обнаженного женского тела, был торгашом. Он продавал воздух. Крыши его дома видели закат, а стены помнили войну. В пору его юношеской недозрелости ему недоставало понимания. Он научился понимать себя сам. Потом ему не хватало денег. И он научился зарабатывать их, продавая драгоценный воздух. Женщины бросали его. И он научился сам бросать женщин. Со временем это стало делом привычки. Многие ненужные в окнах требовали от него любви, но он понимал, что биться здесь не за что. Теперь он был цельной сформированной личностью с отличным социальным статусом. Но судьбу так и не догнал. И счастья в его жизни тоже не было. Жил он лишь своею странною мечтою о странной женщине. Сложно описать ту, о которой он мечтал. Этот ангел, спустившийся с небес и не ранящий ног, проходя по углям или танцуя на кончике иглы, должен был обладать всеми теми качествами, о коих мечтают мужчины во всем мире. А образы собирательные сложно описать. А еще сложнее представить. И Ветер сам не представлял ту, которую желал всей своей ветреной душой.»
Алферич очень сильно напряг свое художественное воображение, закрыл глаза, но тоже не смог представить этого ангела. «Попробую нарисовать», - решил он, - главное следовать точному описанию. Хорошо бы она была не лысая, а с длинными волосами и брюнетка».

to be continued...
Buy for 20 tokens
Уважаемые читали и парнеры! В моем блоге вы можете разместить рекламу и информационные материалы, близкие моей аудитории. Вы можете написать материал сами и согласовать со мной или доверить написание мне. Я предлагаю несколько вариантов сотрудничества: 1. Публикация материала заказчика. 2.…

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
(Anonymous)
Dec. 8th, 2004 07:59 am (UTC)
вот раньше был романтизьм, закуска
Текс не плох, если его воспринимать как маленький отрывок из большовго романа, где раскрывается проблемы психологизма Журналиста, где Алферич выступает мудрым, но, возможно, спившимся и опустившимся, человеком, неимеющим возможности реально влиять на жизненный путь Журналиста, но желающий на основании своего опыта направить его в нужное русло. Причем Журналист сам должен осознать свою слабость как личности и пытаться (постоянно!) стать сильнее, почувствовать в себе первобытную мощь, силу личности. В итоге он может побороть в себе детский комплекс поиска идеала (ведь самые прекрасные и эфимерные девушки: какают несамыми приятными отходами своей жизнедеятельности, а это может глубоко ранить душу Журналиста, напиваются с горя или с радости, после чего блюют) либо ему прийдется самым неромантичным образом повеситься.
( 1 comment — Leave a comment )

Profile

Жара
lifedrive
lifedrive

Latest Month

April 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel